Вы здесь

Что за Стратегия, создатель?

Виктор Маргелов
Сопредседатель Республиканской конфедерации предпринимательства, первый вице-председатель «Минского столичного союза предпринимателей и работодателей»

О том, что важную для будущего страны концепцию — стратегию развития малого и среднего предпринимательства в Беларуси до 2030 года — разработают в течение года, несколько месяцев назад заявила заместитель министра экономики Ирина Костевич. О том, что стоит за этими словами и многом другом, актуальном для белорусского предпринимательства, мы беседуем с Виктором МАРГЕЛОВЫМ, уже не нуждающимся в особенных представлениях и рекомендациях.

Платформенные расхождения

— Виктор Егорович, а почему решено разрабатывать эту стратегию сейчас. Ведь есть же опыт написания Национальной платформы бизнеса Беларуси. Этому процессу уже десять лет. Может, имело смысл и дальше не заморачиваться, а просто «развить, расширить и углУбить» этот процесс, как сказал бы товарищ Горбачев?

— Платформа в свое время была важным документом, но сейчас она все больше напоминает знаменитое ленинское бревно. Если анализировать всевозможные мемуары, получается, с Ильичом на субботнике его несли несколько тысяч человек. Смешно. Так и с платформой. Не буду говорить, сколько уже примазалось народу к ее созданию. Она прославлена и брендоносна, но сегодня работает в одном, постоянно сужающемся направлении. С ее помощью мы боремся, как правило, за базовые условия среды бизнес-существования.

— В каком смысле?

— Механизм примерно таков. С помощью платформы мы просили изменить некий закон. Но за десять платформенных лет чиновники на самых разных уровнях весьма грамотно адаптировались к сложившейся ситуации и требованиям платформы. И алгоритм взаимодействия бизнеса и власти имеет достаточно примитивный вид, в несколько действий.

  1. Чиновники проблемы признают.
  2. Предпринимателей усердно хвалят.
  3. Организуют совещания, где звучат прекрасные, ободряющие слова.
  4. Что-то меняется к лучшему. Но… тут же принимаются поправки, еще более ухудшающие жизнь бизнеса. Занавес.

В итоге получается какая-то нелепая история Дон Кихота, воюющего с мельницами. Даже 300 новых пунктов в платформе ничего принципиального для белорусского бизнеса уже не несли. В то же время вынужден констатировать: даже в рамках действующего законодательства наш бизнес не использовал все возможности для развития.

— Почему?

— Тут нужно глубоко копать, и ответ не может быть однозначным. Кто-то констатирует: мы исторически заражены бациллами страха и недоверия. Каждый, мол, привык быть сам за себя, опасаясь провокаций, ненадежности партнеров. А вот совместно делать что-то серьезное, концептуальное, с прицелом на будущее — этого у нас давно нет. В результате у нас нет действующих механизмов и инструментов для развития; лифтов, как их еще называют в мире.

— Можно конкретизировать?

— Самый простой и наглядный пример — деньги. Взять дешевый кредит начинающему предпринимателю — это в современном мире, в общем-то, не проблема сейчас. Ты обосновываешь свой бизнес-проект. И — все. «Картина маслом», как говорилось в одном популярном современном фильме. А у нас денег под самую распрекрасную идею никто и никогда не даст. Требуются гарантии (обеспечение возврата), которые снова-таки никто не даст: в Беларуси нет подобных институтов.

— Вместо реальной помощи бизнесу появились ростовщические структуры, тоже прикрывавшиеся именем платформы…

— Это — очень больная, но частная, в общем-то, тема. Дело даже не в самих деньгах, а в нежелании или неумении грамотно применить такой важный для всего успешного мира инструментарий, как финансы. Прискорбно также, что за последние годы в Беларуси появилось много важных нормативно-правовых актов, но они совершенно запросто не выполняются, причем внаглую.

— Например?

— Самое яркое явление — неиспользуемое госимущество. Оно ведь по букве закона обязано быть в реестре. Чтобы его либо продавали в итоге «за рубль», либо сдавали в аренду. Но, по самым скромным подсчетам, в стране имеются тысячи объектов, которые нигде не учтены. А если даже учтены, с ними ничего не делают, и они просто разваливаются. И никто не переживает, ни за что не отвечает. В то же время малому бизнесу часто бывает негде голову «притулить». И вроде так и надо. В большинстве случаев бизнесу предлагают нереальные условия по продаже или аренде того или иного объекта.

— А знаменитая Директива № 4?

— К большому сожалению, она пошла по пути Платформы. Директива ведь не затронула вопросы практической деятельности бизнеса. Да, как бы создавались условия. Но получилась «громадная воздушность». Роскошный купол теплицы, а под ним — забыли рассаду посадить. Это — наша общая боль.

При этом многие чиновники не понимают, когда ты им предлагаешь какие-то практические дела, создавать необходимые инструменты, институты… Они пока настроены менять что-то на бумаге, законодательно. Но серьезного результата от такой совместной работы давно нет. И вот мы уже слышим от них новый лозунг: «Все валится. Нужно что-то делать». Это было бы смешно, когда бы не было так грустно.

Вечные вопросы:

что, кто и каким образом

— Что и как нужно делать в сложившейся ситуации, на ваш взгляд?

— Что — тут более-менее все понятно. Необходимо развивать новую экономику, создавать условия для развития конкурентного производства и сферы услуг. За основу, в качестве тягловой силы стоит брать малый и средний бизнес.

— Почему именно его?

— Тут меньше риска для всей системы. Один небольшой бизнес на каком-то участке может погибнуть, но десять других в состоянии прорваться и спасти ситуацию. Кроме того, мотивация у собственника принципиально иная, ему есть что терять.

— Но об этом говорят сегодня все, начиная от премьера и заканчивая каким-нибудь письмоводителем из исполкома. Это стало даже модно. А как конкретно-то?

— Очень хороший вопрос. Я вот в вашем журнале видел информацию про свой родной Кричев — на базе Кричевского участка Климовичского КХП будут фасовать гречневую крупу. Это — хорошая новость для целого региона. Но есть более печальные вещи. За время нашей независимости на Кричевщине закрылось большинство предприятий. Страшная деиндустриализация во всех регионах страны произошла, вообще-то. И сегодня мы — как в сказке про Мальчиша Кибальчиша: и пушки есть, да стрелки побиты.

Я не так давно приезжал в Кричев: собрали представителей бизнеса, руководства. Очень хорошо поговорили о необходимости перемен, важности Стратегии. Но вот один маленький вопрос: кто будет все это делать?.. В моем родном городе набирается сейчас десяток подлинно инициативных людей, которые способны что-то решать, делать, нести ответственность. А для многих людей что получается — им ведь даже если деньги найти и вручить, они решат, что это подарок. И потратят его на свой карман.

— А сколько в Кричеве закрылось предприятий за последние годы?

— Много… Навскидку могу назвать цементный завод, мясокомбинат, пивзавод, цех по убою птицы, автобазы, горторг, ОРС… Кстати, торговля в данном случае смогла подстроиться под спрос и потребности людей. Но для того чтобы жить богаче и лучше, нужно какое-то дополнение к торговле — производство, технологии. А вот здесь у нашего бизнеса наступает апатия. И не только у кричевского.

Истории и образы со смыслом

— Но есть же и объективные причины такой апатии у бизнеса. Мне недавно рассказывали, насколько это «реально» — машину картофеля реализовать в России. Это — целая эпопея. Включаются фитосанитарные и прочие органы, требуются лицензии, накладные, встает тема возврата НДС.

— Совершенно верно. Это что — под силу нашему аграрию?.. Бюрократический аппарат оторвался от жизни. И практических примеров, подтверждающих мои слова, можно привести очень много. Никакого журнала не хватит. Вот из последнего.

Мой коллега, член Белорусского союза предпринимателей, вез машину яблок из Минска в Витебскую область, на свой склад, заметьте. Однако груз был остановлен на дороге в Минской области выездным таможенным постом. Груз конфисковали. Мотив — попытка контрабанды. Предприниматель пошел в суд. Но пока «суд да дело», таможня получила поручение на дополнительное расследование. И то лишь по причине, что дело могло стать резонансным.

Или вот еще. Из Украины в Беларусь шла партия продуктов питания. Они оказались на таможенном складе. Сейчас ведь все требует сертификации. Продукция не прошла сертификацию. В итоге ее… конфисковали.

— Кто-то скажет, что ваши истории — исключение из правил. И я, в общем-то, знаю — кто.

— Очень может быть. И я даже соглашусь — иногда требуются исключения из правил. Но при этом права собственности у нас почему-то нет. Ну так, если по гамбургскому счету. Я также могу дать вам сходу выкладку по поводу того, каким образом сегодня можно открыть кафе в Беларуси и что для этого потребуется. Это — просто ужасно. Начинающему ресторатору невозможно выполнить все это нагромождение требований.

— А в чем все же суть Стратегии, ради чего ее нужно создавать?

— Нам нужно по-другому выстраивать бизнес — с учетом возникающих вызовов, налаживать по-иному координацию с властью. Требуются другие институциональные условия — то же право собственности должно стать чем-то подлинным, настоящим. Пока это ничто — отношения бизнеса и власти напоминают игру в наперстки.

Предполагается, что документ будет содержать рейтинг проблем, вызовов, конкретные планы их решения, подтвержденные законодательством.

Пока же мы не предъявляем власти конструктивную комплексную программу и сами ничего не делаем. Не сформулированы общие цели — бизнеса и власти. Проблемы и беды предпринимателей — это их частное дело. Очень ущербна психология многих предпринимателей: пока тебя не ударило крепко — живи и радуйся. Да и пустые, не подтвержденные делами речи про добросовестную рыночную конкуренцию и ее необходимость уже набили оскомину.

В результате сейчас мы в экономике доехали до разрегулированного перекрестка. И чтобы его проехать, как раз нужна общая Стратегия.

— В каком смысле — перекресток?

— Сегодня все мы водители. А теперь представьте ситуацию. Вы выехали на большой перекресток при включенном светофоре. А потом его вдруг отключают. И вы оказываетесь в каком-то нерегулируемом скопище машин и людей — без регулировщика и светофоров. Вот у нас такая примерно ситуация складывается. Госрегулирование мы успешно преодолели. А современные механизмы управления и координации не включились.

Есть три пути

— Виктор Егорович, расскажите о том, что предшествовало созданию этой новой концепции развития бизнеса?

— Мы воевали за возможность просто заявить о необходимости создания Стратегии два года. Пришлось выслушать много разного. Мол, хватит нам фикций. А тут еще до 2030 года — вы вообще в своем уме, кому это будет интересно через пятнадцать лет? Но Минэкономики идею поддержало. Пока в рабочей группе по созданию Стратегии — 49 человек. Ведутся консультации и дискуссии.

В целом пока просматриваются три стратегии направления, три пути развития. Первый — общелиберальный. Суть этого подхода, грубо говоря, выглядит так. Не нужно никому влезать в практическую область, не должно быть совместных планов бизнеса и власти по конкретным проектам, Боже упаси. Надо создавать правовую среду — базовые условия для хозяйствования. В общем, «даешь свободу — и не мешайте нам».

Некоторые модные лозунги либералов на слуху у всех: «Сделайте равные условия для иностранных инвесторов и белорусского бизнеса»; «Создайте условия для иностранного инвестора».

Они очень спорные и опасные. Особенно с учетом того, что у иностранных инвесторов долгосрочные кредиты под  2 % годовых, а у нас — и под  30 % на год не всем дают. Может, имеется в виду, что за границей начнут давать кредиты под  30 % (смеется. — Авт.).

А если серьезно… Когда базовые условия — финансовые в смысле — не равны, о чем можно говорить дальше?.. Это уже просто продажа Родины.

Здесь налицо интерес транснациональных корпораций и тех, кто с ними связан.

— А что можно сказать о втором пути?

— Это — так называемый государственный подход. Суть — делать что-то на общее благо нужно сейчас, и поскорее. Никто не спорит. Однако подразумевается: предприниматели ни на что серьезное пока не способны по определению, малый и средний бизнес в стране не получил должного развития. Он недоразвит, ему требуется патронаж, пастух в форме, к примеру, Национального агентства по развитию предпринимательства.

Создаются специфические институциональные условия. Но создаются они за счет новой надстройки… И вот она уже все решает. Почему нет?

С помощью государственного агентства гораздо проще перевести собственность госпредприятия на баланс другого, получить из бюджета деньги, создать новые места под них…

— Чувствуется, два первых пути вам не сильно близки?

— Я бы не говорил так категорично. Каждый имеет право воли. Если я что-то хочу, никто ведь не имеет права мою волю монополизировать. Так? Другое дело, что те, кто своей воли не имеют, будут присоединены к потоку теми, у кого она есть. И тогда агентство действительно нужно.

Идеи либералов — отдельная история.

Но мне в самом деле хотелось бы остановиться на третьем варианте работы Стратегии. Он возможен через выстраивание саморегулируемых институтов предпринимателей, причем снизу вверх.

— И опять же хотелось бы от вас конкретики по данному направлению.

— В Беларуси все пока от такой конкретики как раз далеко. Но в Германии, к примеру, ты не имеешь права вести свой бизнес, если не являешься членом того или иного отделения торгово-промышленной палаты. И данная стратегия, как вы можете догадаться, работает. Мне кажется, в стране реально создать новую палату такого уровня, предпринимательскую.

— Ради чего? Собирать деньги для поддержания новой предпринимательской структуры?

— А это-то тут причем? Решение таких системных вопросов, как «создание конкурентной среды», «взаимоотношения бизнеса и власти», «деятельность предпринимателей в рамках единого экономического пространства», в нашей стране осуществляется все эти годы силами десятка людей, практически даром. Их все знают, они уже устали от всего этого. Кстати, основным источником финансирования их деятельности по улучшению деловой среды являются малые и микропредприятия.

Да, на создание предпринимательской палаты и ее региональных отделений потребуются деньги, но достаточно небольшие. Есть же успешный опыт той же Германии. У немцев это все — саморегулируемые организации. Их участники собираются в определенный промежуток времени, принимают решения реализовывать определенные виды деятельности (поддерживать добросовестную конкуренцию, защищать права предпринимателей, улучать деловую среду, обеспечивать информационное обеспечение и т. д.). И работают. Большие там платят много, средние — немного, малые — ничего. У нас большие обычно не платят никуда. Вот и вся разница между нами сейчас.

«Конечно, Вася»

— А что вы скажете на тему декларируемого диалога бизнеса и власти?

— Я бы взял в бо-ольшие кавычки слово диалог. Оно ведь предполагает обмен мнениями, причем в непрерывном режиме. У нас это, как правило, перепалки, не дающие никаких результатов. Жизнь сейчас требует совершенно иного подхода. А пока…

Отдельно взятые предпринимательские вопросы или не рассматриваются вовсе, или… Когда нас собирают и предлагают сделать еще хуже, чем сейчас, мы героически добиваемся того, чтобы все осталось, как раньше. А бизнесу и власти давно нужно говорить о гармонизации интересов и работать именно в этом направлении.

— Что означает этот красивый термин на практике?

— Нужно понимать, ради чего взаимодействуем. Вот, допустим, предприниматель Василий решил строить завод, представил свой бизнес-план… Всем вроде понятно, ради чего это: рабочие места, налоги, экспорт… При этом еще «на берегу» нужно договариваться, кто и как будет помогать реализовывать эту бизнес-идею, сделав так, чтобы не вставляли Василию и друг другу палки в колеса. Ведь если бизнес из-за несогласованности или отсутствия действий прогорит, страна не получит ни налогов, ни новых рабочих мест, ни экспортных показателей.

Но изначально должен быть отработан проект, определены ресурсы, решены вопросы уровня: кто даст помещения под новое предприятие или поможет этому Василию создать завод с нуля.

При этом стратегические планы должны идти снизу вверх, а не как у нас сегодня. Нюансы ведь всякие возможны. Но сверху могут поступать в идеале вопросы типа: «Что тебе нужно для реализации проекта, Вася? Что требуется, чтобы ты мог обеспечить нормальной работой и заработком десяток безработных, потенциально создающих нам социальную напряженность?»…

В общем, вся индустрия взаимодействия должна быть направлена на конечный, абсолютно реальный, ощутимый результат.

— Что еще важно для будущей Стратегии, на ваш взгляд?

— Я бы сделал ставку на выверенную систему управления, систему оперативного взаимодействия с государством. Причем система управления — это ведь не планы писать на ближайшую пятилетку. Современные системы подразумевают возможность выбора главной проблемы, позволяют решать их последовательно, в соответствии с рейтингом, так сказать, причем оперативно.

— Грубо говоря, строится завод, но при этом решаются системные проблемы Василия по его первому сигналу?

— Можно и так сказать. Другое дело, если государство примет основное материальное участие в строительстве завода, то Василия по завершении проекта в лучшем случае оставят наемным директором. Это не всегда хорошо: от частного интереса уходить нам нельзя. Локомотив современного прогресса — нормальная человеческая жадность, в самом лучшем смысле этого слова. Ее просто нужно грамотно использовать в мирных целях. На голом альтруизме сегодня далеко не уедешь.

— Виктор Егорович, а у вас нет опасения, что при создании нового документа все опять утонет в прекраснодушных разговорах и получится как всегда?

— Есть. Но новую бизнес-модель в обществе выстраивать нужно, разве нет? Да, у нас есть проблемы внутри деловых союзов, многое не получилось за эти годы создать и осуществить… Однако это не повод для того, чтобы ждать, когда все в белорусской экономике завалится окончательно. Такая пассивность опасна как никогда раньше.

Полагаю, это понимают и ваш журнал, и ваши читатели.  

Читайте также
Литовские и латвийские политики ломают головы над тем, как спасти местных фермеров от наступления польских...
Какие перспективы молочной отрасли? Как выстроить бизнес стратегию, чтобы ответить на вызовы времени и поддерживать...
Если раньше на импортозамещении делался акцент только в экономической плоскости, то теперь это еще и вопрос...
PRODUKT.BY
220005, г. Минск, ул. Платонова, 22-704
+375 (17) 33-16-555
+375 (17) 33-16-777
+375 (29) 755-95-50
+375 (29) 33 55 100
produkt.by@tut.by