Вы здесь

Вынужденный ответ России

Мушег Мамиконян: Отечественная мясопереработка сегодня находится у опасной черты

Постановление правительства по ограничению импорта из стран, поддержавших санкции против России, вызвало много эмоций и комментариев. К сожалению, реакция на такое решение сосредоточилась в большей степени на конкретных продуктах, ценах, потребительских предпочтениях и на восторженных планах компаний по импортозамещению.

Всё это возможно и уместно, но считаем, что смотреть на ситуацию следует шире.

К большому сожалению, мы вынуждены были ответить на эскалацию экономических санкций против российских компаний и российской экономики в целом. Я уверен, что любой серьезный аналитик рынка и представитель бизнес-сообщества c тревогой и недоумением восприняли первые постановления по санкциям, когда Запад решил политическую конфронтацию сопроводить экономическими запретами.

Во всем мире профессионалы, связанные с реальным сегментом экономики, осознавая ответственность и ценя огромный труд сотен тысяч людей, тот самый труд, который вкладывается в успешный бизнес и международное партнерство, естественно, испытывают негатив по поводу политических элит стран ЕС. Именно политики втягивают экономику в вопросы, которые необходимо решать исключительно дипломатическим путем и политическими методами.

Ответные шаги России, на наш взгляд, четко формулируют два момента, а именно:

• Россия пойдет на любую степень эскалации санкций – следовательно, санкции не могут быть инструментом давления для изменения политики в ключевых вопросах государственной безопасности;

• прогнозируемая ситуация возможной дальнейшей эскалации взаимных санкций предопределяет необходимость срочной диверсификации продовольственного импорта – ориентации на страны, которые не входят в санкционный «пул».

Тактика и стратегия

Исходя из такого понимания, задачи мясной отрасли и продовольственного рынка РФ могут быть разделены на краткосрочные (тактические) и среднесрочные (стратегические).

Тактическая задача – максимально быстро увеличить долю поставок мяса из стран, не подпадающих под ограничения. Эта задача достаточно легко выполнима, так как со многими компаниями уже налажены долгосрочные торговые отношения.

Единственный момент – поскольку переходный период займет два-три месяца, то могут возникнуть сложности в связи с тем, что компании-экспортеры будут пытаться продать мясо по более высоким ценам.

Стратегическая задача – гораздо более емкая и сложная. Это снижение зависимости от импорта до параметров, зафиксированных нашей Продовольственной доктриной.

Существуют два пути (или сценария), в ходе которых решается эта задача:

• Первый путь, который можно обозначить как «рациональный» (то есть эффективный), с достижением долгосрочной конкурентоспособности. Реализация этого сценария возможна за 3–5 лет, если делать упор в первую очередь на мясо птицы, включая мясо индейки.

• Второй путь – «иррациональный»: затратный, с достижением условной, временной конкурентоспособности, эффективной только в случае неполного соблюдения протокола о присоединении РФ к ВТО. Этот сценарий основан на инерционной логике условно пропорционального финансирования и развития всех подотраслей мясного сектора, что займет 6–8 лет при особых условиях импорта.

Такие выводы очевидны в связи с условиями доступа на рынок РФ свинины и говядины в рамках ВТО, а также со способами ценообразования, субсидиями и производственной ситуацией с этими товарами в некоторых других странах.

Исходя из этой предпосылки и одновременно учитывая экономическую целесообразность «рационального» сценария, необходимо переформатировать в пользу развития отечественного птицеводства всю стратегию государственной поддержки в рамках тех же бюджетных возможностей, которые имеются на сегодняшний день.

Не видеть этого, не воспользоваться уже накопленными компетенциями отечественной птицеводческой отрасли в ситуации, когда потребительский спрос сам предопределяет вектор развития в пользу белого мяса, – всё это было бы большой, непростительной ошибкой в стратегическом развитии мясного сектора страны и обеспечении долгосрочной и надежной ценовой стабильности на рынке животного белка.

Именно этот вектор развития напрямую прописан в части 3 «Реализации комплекса мер, направленных на создание условий по производству пищевых продуктов, необходимых для здорового питания населения», а также в пункте 13 Распоряжения Правительства РФ от 30 июня 2012 г. № 1134, принятого во исполнение майского Указа Президента РФ (№ 598 от 07.05.2012). Мы настоятельно рекомендуем участникам рынка, экспертам и специалистам Минсельхоза перечитать, переосмыслить этот руководящий документ.

Очень любопытно, что там описан предлагаемый нами «рациональный» сценарий, который в конечном итоге и будет реализован. Но сегодня мы движемся по «иррациональному» пути, к сожалению.

Взгляд «товароведа»

Для сохранения продовольственного баланса в 2015 г. России достаточно импортировать не более 1,25–1,4 млн тонн мяса. Причем с каждым годом ввоз может снижаться на 200 000 тонн. Импорт в таком объеме оказывает позитивное влияние на стабильность рынков. Почти все страны мира, которые экспортируют мясо, одновременно являются импортерами, поскольку данные процессы с прагматической точки зрения совпадают с возможностями как производства, так и необходимого потребления.

Говоря о принципиальных вещах, сразу подчеркнем важнейший тезис: на вопросы импортозамещения не следует смотреть линейно, или, образно говоря, – глазами «товароведа», а именно – если нам надо заместить импорт говядины, то, исходя из линейной логики, следует инвестировать в производство говядины и увеличивать его; так же и по другим видам мяса. Между тем структура производства и потребления мяса во всем мире существенно меняется, и наша страна находится в русле этих изменений.

Увеличивается доля мяса птицы, уменьшается доля красного мяса в потреблении – это очень важный рычаг и катализатор эффективного импортозамещения в России.

Возвращаясь к вопросу импорта, заметим, что важна структура покупок мяса. Приведем простой пример: по свинине из 1 млн тонн импорта в 2013 г. – около 30% были жиры и субпродукты, в основном из ЕС. Чем больше жира в мясе, тем, естественно, меньше белка, а это означает низкую биологическую ценность продукта.

Получается, что за валюту по импорту наш рынок покупает огромное количество жиров (и это тоже мясо), а потребители платят не только за мясной белок и калории – они вынуждены покупать по цене мяса излишнее количество жиров и значительно больше калорий, что в конечном итоге негативно влияет на здоровье.

Именно учитывая эти обстоятельства, майский 2012 г. директивный документ № 598 предусматривает меры снижения таких рисков для здоровья населения – а меры правительства конкретизируют, как это делать.

Наше предложение по более интенсивному стимулированию развития отечественного птицеводства –это более короткий и эффективный путь импортозамещения.

К примеру, для полного отказа от импорта птицы нужно 500 000 тонн продукции, что легко можно сделать за два года. А учитывая себестоимость производства птицы, ее розничные цены и неплохие потребительские качества, следует для полного импортозамещения поставить задачу произвести 1 млн тонн за три года. Это «подъест» объемы импортной свинины и говядины.

Для наглядности:

• Чтобы полностью отказаться от импорта свинины, необходимо дополнительно произвести около 800 000 тонн; по нашим подсчетам, это достаточно капиталоемко, но реально можно сделать за 4–5 лет;

• Чтобы отказаться от импорта говядины, нужно произвести около 700 000 тонн продукции, на это уйдет около 8–10 лет.

Цифры более чем красноречивые!

Многие заводы –в зоне убыточности

В самом тяжелом положении в краткосрочной перспективе – предприятия мясоперерабатывающей отрасли. Они оказались в очень неблагоприятном положении из-за африканской чумы свиней в странах Евросоюза (в начале года был приостановлен импорт свинины из ЕС). Это привело к очень существенному росту цен – по некоторым категориям сырья до 100%.

К примеру, в начале 2014 г. шпик свиной стоил 60 руб., а к июню стал стоить 120 руб. за килограмм. При этом незначительный рост цены конечной продукции с начала года не компенсирует потери большей части предприятий отрасли. Многие заводы оказались в зоне убыточности.

В текущих условиях, ввиду необходимости сдерживания розничных цен для населения, практически не представляется возможным компенсировать рост себестоимости в мясной переработке (что является следствием роста цен на сырье).

Эти обстоятельства, во-первых, приводят к изменениям на рынке готовых продуктов (колбас, сосисок…) в пользу продуктов птицеводческой отрасли (разделка птицы, субпродукты из мяса птицы), некоторый рост на рынке разделанной свинины. Отсюда следует необходимость пересмотра рецептур, ассортиментной и ценовой политики в колбасном производстве.

Во-вторых – к необходимости обратить внимание на пока находящиеся на второстепенных позициях, но потенциально значимые категории товаров, а также на продукты, попадающие в «межотраслевой» ассортимент, которые находились на периферии ассортиментных планов у традиционных производителей колбасных изделий.

Те заводы, которые входят в вертикально интегрированные группы, могут быть спасены за счет перекрестного кредитования из секторов с высокой текущей рентабельностью – таких, как свиноводство или птицеводство. Хотя всем понятно, что это не рыночный метод, и в среднесрочной перспективе (если ситуация не изменится) он будет негативно влиять на весь мясной сектор.

Пока, к сожалению, в экспертном сообществе и у регулятора отсутствует внимание к такой важнейшей подотрасли, какой является мясопереработка. Недостаточное понимание необходимости поддержания межотраслевой сбалансированности может привести к элементам промышленной деградации.

Странным образом мясоперерабатывающая отрасль РФ, которая показала отличный пример импортозамещения, подвергается наибольшей дискриминации, и это происходит в тот момент, когда стали восстанавливаться другие мясные подотрасли.

Своими руками

Приведем несколько наиболее значимых решений, которые самым негативным образом скажутся на дальнейшем развитии мясоперерабатывающей отрасли.

• Согласно протоколу по присоединению к ВТО, с 2015 г. в три раза должна быть снижена ввозная таможенная пошлина на «Готовые мясные изделия»!

Такое, с позволения сказать, «соглашение» по ключевому продукту рынка, ведущее к экономическому переделу в пользу экспортеров, не только не вписывается в декларацию о необходимости промышленного развития, но и противоречит принятым в международной практике принципам тарифной эскалации, что подразумевает более высокий барьер для импорта готовых продуктов относительно сырья, из которого эти продукты делаются.

• Даже текущие ответные санкции правительства ограничили импорт по коду ТН ВЭД 1601 (Колбасы и аналогичные продукты из мяса, мясных субпродуктов или крови, пищевые продукты, изготовленные на их основе), 0210 (Мясо и пищевые мясные субпродукты, соленые, в рассоле, сушеные или копченые), однако 1602 (Готовые или консервированные продукты из мяса, мясных субпродуктов или крови прочие) – товарная группа, по которой импортируется мясная консервная продукция, осталась разрешенной.

Это поразительным образом подчеркивает невнимание специалистов и экспертов, принимающих участие в формировании профиля санкций, к целостности и важности ключевых задач мясной отрасли.

Этим решением, не включив импорт по коду ТН ВЭД 1602 в список ограничений (обратное было бы очевидным и логичным), мы создали новые проблемы уже для консервной мясной отрасли, которая в большей степени в силу экономических преференций была сосредоточена в Калининградской области. Кстати, заметим, с 2016 г. заканчивается преференциальный период для Калининграда.

В общем, своими руками создали условия, когда российские предприятия не могут покупать мясо на рынке ЕС, но в итоге европейские производители аналогичной продукции получат и собственное дешевеющее сырье, и возможность поставок своих консервов на наш рынок.

• В проекте Технических регламентов ТС по мясной отрасли, часть которых вводится с 2015 г., приняты нормы по «наименованиям мясных продуктов», которые противоречат более чем 20-летней сложившейся рыночной практике. Это приведет к «стрессу» на рынке и чревато потерей долгосрочной устойчивости в первую очередь для мясоперерабатывающей отрасли – а затем и для всей отечественной мясной индустрии.

Итак, круг замкнулся!

А именно – зафиксированные в рамках соглашения по присоединению к ВТО договоренности, а также нормы Технического регламента ТС создают «надежную» основу для разрушения экономического фундамента мясной отрасли в части свиноводства и перерабатывающей отрасли.

Ослабление мясоперерабатывающей отрасли приведет к уменьшению заказов и стагнации для сырьевых подотраслей – и в первую очередь для свиноводства.

Резюмируем

Мясоперерабатывающая отрасль является:

• заказчиком 50% свиноводческой продукции на рынке РФ;

• заказчиком 30% птицеводческой продукции на рынке РФ;

• заказчиком 30% объема говядины на рынке РФ.

Мясопереработка – это самый большой рынок в мясной индустрии. В денежном выражении он больше, чем рынки птицы, свинины и говядины по отдельности.

А по значению эту отрасль невозможно переоценить! Это рынок высокого экономического передела, при этом рынок, на котором доминирует (пока!) – относительно импорта – отечественная продукция, доля которой превышает 95%!

И тем не менее сегодня именно мясопереработка, по сути, подталкивается к краю пропасти, к «красной» черте.

Вопрос: как остановить, что делать? На поверхности два ответа.

Первое. Нам как воздух необходимы соответствующего экспертного уровня специалисты министерств и ведомств, принимающих ключевые решения.

Второе. Необходимо принятие давно отложенного закона «О лоббизме», для того чтобы излишне преференциальные решения по отдельным сырьевым отраслям не приводили к росту межотраслевых противоречий и в конечном итоге к разрушению основ конкурентоспособности для всей отечественной мясной индустрии.

У лоббистов есть два пути: или, как говорится в известном анекдоте, «что-то в консерватории поменять», а именно – поднять импортную пошлину на свинину (что представляется практически нереализуемым); или надеяться, что постоянно возникающие санитарно-ветеринарные обстоятельства и санкции не позволят экспортировать в нашу страну свинину и продукты мясопереработки в сколь-нибудь значительных объемах.

Правда, в условиях бесконечного ограничения импорта сложно ожидать стабильного сотрудничества в области генетики и программ совершенствования сельскохозяйственных животных.

М.Л. МАМИКОНЯН, президент Мясного совета ЕЭП

Источник: www.myaso-portal.ru

Новости по теме:
Сроки введения обязательной маркировки молочной продукции в России переносятся на май 2021 года. В качестве основной...
Российский производитель фармакопейной и пищевой лактозы молочный комбинат «Ставропольский» поставил первые пробные...
Минсельхоз РФ нашел способ минимизировать затраты молочной отрасли на маркировку и предотвратить рост цен на продукцию...
«ПРОДУКТ.BY»
220005, г. Минск, ул. Платонова, 22-707

+375 (17) 33-16-555
+375 (17) 33-16-777
+375 (17) 39-65-321

mail@produkt.by

*Права защищены, любое использование информации без ссылки на источник produkt.by запрещено.
*За содержание рекламных сообщений ответственность несут рекламодатели.