Вы здесь

Вынужденный ответ России

Мушег Мамиконян: Отечественная мясопереработка сегодня находится у опасной черты

Постановление правительства по ограничению импорта из стран, поддержавших санкции против России, вызвало много эмоций и комментариев. К сожалению, реакция на такое решение сосредоточилась в большей степени на конкретных продуктах, ценах, потребительских предпочтениях и на восторженных планах компаний по импортозамещению.

Всё это возможно и уместно, но считаем, что смотреть на ситуацию следует шире.

К большому сожалению, мы вынуждены были ответить на эскалацию экономических санкций против российских компаний и российской экономики в целом. Я уверен, что любой серьезный аналитик рынка и представитель бизнес-сообщества c тревогой и недоумением восприняли первые постановления по санкциям, когда Запад решил политическую конфронтацию сопроводить экономическими запретами.

Во всем мире профессионалы, связанные с реальным сегментом экономики, осознавая ответственность и ценя огромный труд сотен тысяч людей, тот самый труд, который вкладывается в успешный бизнес и международное партнерство, естественно, испытывают негатив по поводу политических элит стран ЕС. Именно политики втягивают экономику в вопросы, которые необходимо решать исключительно дипломатическим путем и политическими методами.

Ответные шаги России, на наш взгляд, четко формулируют два момента, а именно:

• Россия пойдет на любую степень эскалации санкций – следовательно, санкции не могут быть инструментом давления для изменения политики в ключевых вопросах государственной безопасности;

• прогнозируемая ситуация возможной дальнейшей эскалации взаимных санкций предопределяет необходимость срочной диверсификации продовольственного импорта – ориентации на страны, которые не входят в санкционный «пул».

Тактика и стратегия

Исходя из такого понимания, задачи мясной отрасли и продовольственного рынка РФ могут быть разделены на краткосрочные (тактические) и среднесрочные (стратегические).

Тактическая задача – максимально быстро увеличить долю поставок мяса из стран, не подпадающих под ограничения. Эта задача достаточно легко выполнима, так как со многими компаниями уже налажены долгосрочные торговые отношения.

Единственный момент – поскольку переходный период займет два-три месяца, то могут возникнуть сложности в связи с тем, что компании-экспортеры будут пытаться продать мясо по более высоким ценам.

Стратегическая задача – гораздо более емкая и сложная. Это снижение зависимости от импорта до параметров, зафиксированных нашей Продовольственной доктриной.

Существуют два пути (или сценария), в ходе которых решается эта задача:

• Первый путь, который можно обозначить как «рациональный» (то есть эффективный), с достижением долгосрочной конкурентоспособности. Реализация этого сценария возможна за 3–5 лет, если делать упор в первую очередь на мясо птицы, включая мясо индейки.

• Второй путь – «иррациональный»: затратный, с достижением условной, временной конкурентоспособности, эффективной только в случае неполного соблюдения протокола о присоединении РФ к ВТО. Этот сценарий основан на инерционной логике условно пропорционального финансирования и развития всех подотраслей мясного сектора, что займет 6–8 лет при особых условиях импорта.

Такие выводы очевидны в связи с условиями доступа на рынок РФ свинины и говядины в рамках ВТО, а также со способами ценообразования, субсидиями и производственной ситуацией с этими товарами в некоторых других странах.

Исходя из этой предпосылки и одновременно учитывая экономическую целесообразность «рационального» сценария, необходимо переформатировать в пользу развития отечественного птицеводства всю стратегию государственной поддержки в рамках тех же бюджетных возможностей, которые имеются на сегодняшний день.

Не видеть этого, не воспользоваться уже накопленными компетенциями отечественной птицеводческой отрасли в ситуации, когда потребительский спрос сам предопределяет вектор развития в пользу белого мяса, – всё это было бы большой, непростительной ошибкой в стратегическом развитии мясного сектора страны и обеспечении долгосрочной и надежной ценовой стабильности на рынке животного белка.

Именно этот вектор развития напрямую прописан в части 3 «Реализации комплекса мер, направленных на создание условий по производству пищевых продуктов, необходимых для здорового питания населения», а также в пункте 13 Распоряжения Правительства РФ от 30 июня 2012 г. № 1134, принятого во исполнение майского Указа Президента РФ (№ 598 от 07.05.2012). Мы настоятельно рекомендуем участникам рынка, экспертам и специалистам Минсельхоза перечитать, переосмыслить этот руководящий документ.

Очень любопытно, что там описан предлагаемый нами «рациональный» сценарий, который в конечном итоге и будет реализован. Но сегодня мы движемся по «иррациональному» пути, к сожалению.

Взгляд «товароведа»

Для сохранения продовольственного баланса в 2015 г. России достаточно импортировать не более 1,25–1,4 млн тонн мяса. Причем с каждым годом ввоз может снижаться на 200 000 тонн. Импорт в таком объеме оказывает позитивное влияние на стабильность рынков. Почти все страны мира, которые экспортируют мясо, одновременно являются импортерами, поскольку данные процессы с прагматической точки зрения совпадают с возможностями как производства, так и необходимого потребления.

Говоря о принципиальных вещах, сразу подчеркнем важнейший тезис: на вопросы импортозамещения не следует смотреть линейно, или, образно говоря, – глазами «товароведа», а именно – если нам надо заместить импорт говядины, то, исходя из линейной логики, следует инвестировать в производство говядины и увеличивать его; так же и по другим видам мяса. Между тем структура производства и потребления мяса во всем мире существенно меняется, и наша страна находится в русле этих изменений.

Увеличивается доля мяса птицы, уменьшается доля красного мяса в потреблении – это очень важный рычаг и катализатор эффективного импортозамещения в России.

Возвращаясь к вопросу импорта, заметим, что важна структура покупок мяса. Приведем простой пример: по свинине из 1 млн тонн импорта в 2013 г. – около 30% были жиры и субпродукты, в основном из ЕС. Чем больше жира в мясе, тем, естественно, меньше белка, а это означает низкую биологическую ценность продукта.

Получается, что за валюту по импорту наш рынок покупает огромное количество жиров (и это тоже мясо), а потребители платят не только за мясной белок и калории – они вынуждены покупать по цене мяса излишнее количество жиров и значительно больше калорий, что в конечном итоге негативно влияет на здоровье.

Именно учитывая эти обстоятельства, майский 2012 г. директивный документ № 598 предусматривает меры снижения таких рисков для здоровья населения – а меры правительства конкретизируют, как это делать.

Наше предложение по более интенсивному стимулированию развития отечественного птицеводства –это более короткий и эффективный путь импортозамещения.

К примеру, для полного отказа от импорта птицы нужно 500 000 тонн продукции, что легко можно сделать за два года. А учитывая себестоимость производства птицы, ее розничные цены и неплохие потребительские качества, следует для полного импортозамещения поставить задачу произвести 1 млн тонн за три года. Это «подъест» объемы импортной свинины и говядины.

Для наглядности:

• Чтобы полностью отказаться от импорта свинины, необходимо дополнительно произвести около 800 000 тонн; по нашим подсчетам, это достаточно капиталоемко, но реально можно сделать за 4–5 лет;

• Чтобы отказаться от импорта говядины, нужно произвести около 700 000 тонн продукции, на это уйдет около 8–10 лет.

Цифры более чем красноречивые!

Многие заводы –в зоне убыточности

В самом тяжелом положении в краткосрочной перспективе – предприятия мясоперерабатывающей отрасли. Они оказались в очень неблагоприятном положении из-за африканской чумы свиней в странах Евросоюза (в начале года был приостановлен импорт свинины из ЕС). Это привело к очень существенному росту цен – по некоторым категориям сырья до 100%.

К примеру, в начале 2014 г. шпик свиной стоил 60 руб., а к июню стал стоить 120 руб. за килограмм. При этом незначительный рост цены конечной продукции с начала года не компенсирует потери большей части предприятий отрасли. Многие заводы оказались в зоне убыточности.

В текущих условиях, ввиду необходимости сдерживания розничных цен для населения, практически не представляется возможным компенсировать рост себестоимости в мясной переработке (что является следствием роста цен на сырье).

Эти обстоятельства, во-первых, приводят к изменениям на рынке готовых продуктов (колбас, сосисок…) в пользу продуктов птицеводческой отрасли (разделка птицы, субпродукты из мяса птицы), некоторый рост на рынке разделанной свинины. Отсюда следует необходимость пересмотра рецептур, ассортиментной и ценовой политики в колбасном производстве.

Во-вторых – к необходимости обратить внимание на пока находящиеся на второстепенных позициях, но потенциально значимые категории товаров, а также на продукты, попадающие в «межотраслевой» ассортимент, которые находились на периферии ассортиментных планов у традиционных производителей колбасных изделий.

Те заводы, которые входят в вертикально интегрированные группы, могут быть спасены за счет перекрестного кредитования из секторов с высокой текущей рентабельностью – таких, как свиноводство или птицеводство. Хотя всем понятно, что это не рыночный метод, и в среднесрочной перспективе (если ситуация не изменится) он будет негативно влиять на весь мясной сектор.

Пока, к сожалению, в экспертном сообществе и у регулятора отсутствует внимание к такой важнейшей подотрасли, какой является мясопереработка. Недостаточное понимание необходимости поддержания межотраслевой сбалансированности может привести к элементам промышленной деградации.

Странным образом мясоперерабатывающая отрасль РФ, которая показала отличный пример импортозамещения, подвергается наибольшей дискриминации, и это происходит в тот момент, когда стали восстанавливаться другие мясные подотрасли.

Своими руками

Приведем несколько наиболее значимых решений, которые самым негативным образом скажутся на дальнейшем развитии мясоперерабатывающей отрасли.

• Согласно протоколу по присоединению к ВТО, с 2015 г. в три раза должна быть снижена ввозная таможенная пошлина на «Готовые мясные изделия»!

Такое, с позволения сказать, «соглашение» по ключевому продукту рынка, ведущее к экономическому переделу в пользу экспортеров, не только не вписывается в декларацию о необходимости промышленного развития, но и противоречит принятым в международной практике принципам тарифной эскалации, что подразумевает более высокий барьер для импорта готовых продуктов относительно сырья, из которого эти продукты делаются.

• Даже текущие ответные санкции правительства ограничили импорт по коду ТН ВЭД 1601 (Колбасы и аналогичные продукты из мяса, мясных субпродуктов или крови, пищевые продукты, изготовленные на их основе), 0210 (Мясо и пищевые мясные субпродукты, соленые, в рассоле, сушеные или копченые), однако 1602 (Готовые или консервированные продукты из мяса, мясных субпродуктов или крови прочие) – товарная группа, по которой импортируется мясная консервная продукция, осталась разрешенной.

Это поразительным образом подчеркивает невнимание специалистов и экспертов, принимающих участие в формировании профиля санкций, к целостности и важности ключевых задач мясной отрасли.

Этим решением, не включив импорт по коду ТН ВЭД 1602 в список ограничений (обратное было бы очевидным и логичным), мы создали новые проблемы уже для консервной мясной отрасли, которая в большей степени в силу экономических преференций была сосредоточена в Калининградской области. Кстати, заметим, с 2016 г. заканчивается преференциальный период для Калининграда.

В общем, своими руками создали условия, когда российские предприятия не могут покупать мясо на рынке ЕС, но в итоге европейские производители аналогичной продукции получат и собственное дешевеющее сырье, и возможность поставок своих консервов на наш рынок.

• В проекте Технических регламентов ТС по мясной отрасли, часть которых вводится с 2015 г., приняты нормы по «наименованиям мясных продуктов», которые противоречат более чем 20-летней сложившейся рыночной практике. Это приведет к «стрессу» на рынке и чревато потерей долгосрочной устойчивости в первую очередь для мясоперерабатывающей отрасли – а затем и для всей отечественной мясной индустрии.

Итак, круг замкнулся!

А именно – зафиксированные в рамках соглашения по присоединению к ВТО договоренности, а также нормы Технического регламента ТС создают «надежную» основу для разрушения экономического фундамента мясной отрасли в части свиноводства и перерабатывающей отрасли.

Ослабление мясоперерабатывающей отрасли приведет к уменьшению заказов и стагнации для сырьевых подотраслей – и в первую очередь для свиноводства.

Резюмируем

Мясоперерабатывающая отрасль является:

• заказчиком 50% свиноводческой продукции на рынке РФ;

• заказчиком 30% птицеводческой продукции на рынке РФ;

• заказчиком 30% объема говядины на рынке РФ.

Мясопереработка – это самый большой рынок в мясной индустрии. В денежном выражении он больше, чем рынки птицы, свинины и говядины по отдельности.

А по значению эту отрасль невозможно переоценить! Это рынок высокого экономического передела, при этом рынок, на котором доминирует (пока!) – относительно импорта – отечественная продукция, доля которой превышает 95%!

И тем не менее сегодня именно мясопереработка, по сути, подталкивается к краю пропасти, к «красной» черте.

Вопрос: как остановить, что делать? На поверхности два ответа.

Первое. Нам как воздух необходимы соответствующего экспертного уровня специалисты министерств и ведомств, принимающих ключевые решения.

Второе. Необходимо принятие давно отложенного закона «О лоббизме», для того чтобы излишне преференциальные решения по отдельным сырьевым отраслям не приводили к росту межотраслевых противоречий и в конечном итоге к разрушению основ конкурентоспособности для всей отечественной мясной индустрии.

У лоббистов есть два пути: или, как говорится в известном анекдоте, «что-то в консерватории поменять», а именно – поднять импортную пошлину на свинину (что представляется практически нереализуемым); или надеяться, что постоянно возникающие санитарно-ветеринарные обстоятельства и санкции не позволят экспортировать в нашу страну свинину и продукты мясопереработки в сколь-нибудь значительных объемах.

Правда, в условиях бесконечного ограничения импорта сложно ожидать стабильного сотрудничества в области генетики и программ совершенствования сельскохозяйственных животных.

М.Л. МАМИКОНЯН, президент Мясного совета ЕЭП

Источник: www.myaso-portal.ru

Новости по теме:
Российский Союз производителей продукции на растительной основе готовит стратегию развития индустрии до 2030...
Потребление сыров растет во всем мире. За пандемийный 2020 год мировой рынок данного продукта прибавил в...
На российском рынке твердых и полутвердых сыров изменились позиции крупных производителей, следует из ...
«ПРОДУКТ.BY»
220005, г. Минск, ул. Платонова, 22-707
+375 (17) 390-65-55
+375 (17) 390-67-77
+375 (17) 396-53-21
  +375 (17) 396-53-22




*Права защищены, любое использование информации без ссылки на источник produkt.by запрещено.
*За содержание рекламных сообщений ответственность несут рекламодатели.